Кейдвейн Вечерняя Жатва

Кейдвейн

Кроме того, я считаю, нужно проявить сострадание.

Раса:
Высший эльф
Пол:
Мужской
Возраст:
177
Места:
Восточные королевства
Класс:
Рейнджер/Жрец
Род занятий:
Искатель знаний
Верования:
Святой Свет
Знания языков:
Всеобщий, талассийский, дворфийский
Статус:
Жив
Активность:
Персонаж отыгрывается

Портрет

К удивлению многих, эльф отпускает густую бороду. Растительность на лице, конечно, не сравнится с дворфийской, но оставляет неизгладимое впечатление. О лице, в остальном, сказать почти нечего, ведь иногда кажется, что вместе с этой однообразной, доступной всем эльфам красотой, они и вовсе теряют свою индивидуальность. Между тем, привычка искренне и порой беспричинно улыбаться, а значит и заставлять лицевые мышцы почти постоянно напряженно работать, закрепила образ не томного и загадочного представителя эльфийской расы, а скорее простодушного и далекого от слова "пафос" мужчины. Есть в этом и обратная сторона, ибо многие готовы воспринять такую на первый взгляд безобидную привычку за неискренность и фальшь.

Так или иначе, образ сильно дополняют ярко-зеленые глаза. О них в целом сказать больше нечего, кроме того, что сам взгляд у эльфа рассеянный, например, слушая собеседников, он часто будто витает в облаках, отводя глаза в сторону, на секунду сводя у переносицы, а затем и вовсе резко поднимая их наверх. Герою это, впрочем, никак не мешало исполнять долг перед королевством - в моменты нужды эльф максимально сосредотачивался на деле. Остальное, кроме на редкость коротких, густых бровей, вряд ли необходимо упомянуть.


Предыстория

К слову сказать, в семье Вечерней Жатвы - веселье, пляски и творчество также распространены, как тяжелый труд, упорство и непреклонность. А такому противоречивому сочетанию послужил брак полюбившей наперекор семейным традициям пары. Речь о известной поэтессе, барде и писательнице, наследнице богатого рода, что смогла найти в угрюмом, молчаливом, но крайне любящим своё дело садовника ту самую искру, заставившую её влюбиться. Фраза "любовь слепа" обрела свой буквальный смысл, когда отвергнув родных и близких, эти двое поселились на окраинах Луносвета. А еще через год присоединился долгожданный первенец, названный в честь героя-предка - Кейдвейн. Герой ничем не отличался, что в младенчестве, что в детстве: он не выделялся среди других эльфов открывшимися на первых годах жизни магическими способностями, не обладал врожденной, крупной мускулатурой, не мог похвастаться незаурядным интеллектом и уж тем более, на фоне эльфийского общества, не мог заявить о неземной красоте. Единственные вещи, что были постоянными спутниками на протяжении всей жизни, оставались упорство и выдержка от отца и веселый, беззаботный взгляд на жизнь, привитый матерью. Но это далеко не последние вещи, которые юнец намеревался приобрести в ходе своей долгой жизни.

Долго, мучительно долго, может, целых лет пятьдесят или сорок юнец вращался в компании владельцев постоялых дворов и таверн - сначала, благодаря матери, устроился разносить напитки, затем дослужился до тех особенных случаев, когда ему поручали следить за комнатами и, хвала Солнцу, стоять за стойками и без устали рассказывать последние слухи, радуя посетителей не только выпивкой, но и приятными историями. О деталях, если и есть смысл упомянуть, то только вскользь, ведь череда подобных заведений сменялась если не годами, так десятилетиями, пока юноша, окрепший умом и телом, а главное, обремененный полезными знаниями, наконец не открыл в себе талант музыкального исполнения. Легко и просто ему давались узнаваемые аккорды на лютне, а вот творить песни собственноручного написания он смог только десятилетия спустя, примерно тогда эльф и решил называть себя поэтом. Жаль было только отца, который надеялся увидеть в своем сыне собственное отражение, но вместо немногословности и кротости углядел лишь жгучее желание находиться в постоянном кругу музыки и веселья. Если и был шанс Кейдвейну вырваться из этого поручного круга, который за такое долгое время не только утомил, но и начал изрядно надоедать, то крайне малый - единственная забота для эльфов на то время. Невероятно вероломные, безудержные и вечно агрессивные тролли в одно десятилетие стали такой угрозой, что даже поэту-музыканту было небезопасно путешествовать по пограничным поселениям в одиночку.

"Быть или не быть" - примерно такие слова Кейдвейн впервые услышал от командира Странников, который вёл целый отряд тренированных, смертоносных следопытов через деревеньку в глуши, в которой не повезло застрять исполнителю баллад. Резкость слов настолько поразили мягкого, привыкшего к размеренной и спокойной жизни эльфа, что он, пользуясь не самой разумной мыслью, твердо решил встать на путь, который позже назовет в своей поэме назовет "дорогой лишений и боли." Абсурдный по сути своей поступок, подкрепленный лишь желанием найти себя в совершенно новом ремесле, вкусить опасной жизни, о которой эльф только слышал или читал в книжках, в скором времени заставил горько пожалеть. Задор юнца пропал в первый же день становления рекрутом, изнурительная тренировка, устроенная сразу после, могла кого угодно заставить верить, что если и существует что-то воистину ужасное, то это определенно не сравнится с тем, что предстоит каждому новому Страннику. Раздавленный тяжестью тренировок, Кейдвейн первое время хотел дезертировать, убежать от той тяжести, что накладывали собой обязанности каждому защитника границ, но благодаря безмерному упорству и трудолюбию, наверняка заложенному чутким, однако строгим воспитанием отца, все эти испытания будущему следопыту удалось преодолеть. У него появились не только шрамы от бесконечных тренировок, но и боевые товарищи, с которыми приходилось делиться не только пищей и кровом, но и тем, что многие называли "душой". Шаткое же положение в целом, ибо эльф обладал не самыми лучшими показателями среди тех, с кем был в отряде, горе-рекрут оправдывал своеобразной харизмой и упорной решимостью. Едва минуло еще одно десятилетие, как эльф теперь уже с уверенностью и толикой гордости мог называть себя следопытом, рейнджером, Странником. Но понадобились декады, проведенные в лесах и на границах королевства, да что там, даже целые войны только для того, чтобы Кейдвейну осознать, что и путь Странника неуклонно подходит к концу, сменяясь новым желанием уже окрепшего ветерана, решившего посвятить свою жизнь в служении Святому Свету. 


Дополнительно

  • У эльфа есть меч-бастард, выкованный людским мастером-кузнецом. Кейдвейн решил окрестить его не иначе, как "Ходящий среди друзей, разящий только врагов, промахивающийся по тем, в ком затаилось добро". Конечно, на талассийском звучит все это куда приятнее, чем на всеобщем. Как и всех памятных вещей Кейдвейна, у этого оружия есть своя неповторимая история. 
  • У Кейдвейна есть лошадь. Он не привязывается к животным, не выращенным на его родине, а потому любого нового жеребца или кобылу, на которых приходится передвигаться из-за отсутствия выбора в людских королевствах, он величает "Повозкой".
  • Эльф искренне верит, что нет ничего лучше, чем Стратхольмский табак Афрасиаби. Выбор людских курительных смесей часто становится объектом насмешек среди собратьев, однако, это никак не смущает бывшего следопыта. 
  • При себе у Кейдвейна имеется интересная вещь: изредка мерцающий бледно-зеленым цветом ограненный кусок камня с изображением листа. Да, и у этого предмета есть история, которой он готов с радостью поделиться. 
  • Кейдвейн обожает эльфийские песнопения, в том числе у него имеются баллады собственного исполнения.
  • Эльф знает, как правильно ухаживать за растениями и умеет придавать кустарникам, в том числе декоративным, правильную форму. Еще и разговаривает с ними.
  • Кейдвейн не умеет тратить деньги и уж тем более ими правильно распоряжаться, это причина, почему в путешествиях он предпочитает полагаться на друзей и соратников, готовых в случае прикрыть его слабые места. 
  • Мягкосердечие из эльфа не выбило даже бытие Странником, может эльф и закален в тренировках и боях, но наивная надежда на мир во всем мире несмотря ни на что таится в нем даже после сотни лет существования. 
  • Кейдвейн поддерживает активную переписку с родителями на расстоянии. Ему повезло оказаться эльфом, чьи родители живы и ему не приходится мстить. 
  • Будучи в прошлом чуть ли не жителем таверн и постоялых дворов, бывший следопыт - большой любитель поговорить, пошутить или сделать замечание. Разговор для него решительно важнее боя и проигранный жаркий спор бьет по нему куда сильнее, чем проигранное сражение.
  • В некоторых вещах Кейдвейн не знает меры. Одной из таких вещей является еда, он большой любитель поесть.
  • Кейдвейн следует семейной традиции и оставляет памятные вещи своим друзьям и знакомым; часто он получает что-то в ответ, а такая традиция до сих пор позволяет эльфу иметь коллекцию интересных полезных и не очень безделушек и даже вполне себе ценных вещей.
  • Самый большой страх Кейдвейна - это кошмары. Во снах он часто видит страшные, чудовищные образы, а потому ловец снов - это постоянный спутник скитальца.

Автор: Myst Создано: 30 июн. 2019 г., 12:33:39 Обновлено: 7 июл. 2019 г., 16:54:03 Уникальных просмотров: 169

ВОЙДИТЕ НА САЙТ, чтобы оставлять комментарии.