В разработке
Скрытый

Аморель Тёмная Гладь

Аморель

Незнание не спасает, а ошибки убивают.

Раса:
Кель'дорай
Пол:
Женский
Возраст:
281
Места:
Даларан, Янтарная Мельница
Класс:
Маг
Род занятий:
Лекарь
Верования:
Величие Солнечного Колодца
Знания языков:
Талассийский, общий, отчасти дворфийский.
Статус:
Жив
Активность:
Персонаж отыгрывается

Портрет


JppB4GB.png

     Больше ли оттенков видят эльфы? Если учесть превосходую чувствительность обоняния, слуха, тонкостей вкуса, то, несомненно, мы различаем цвета лучше. К примеру, сейчас стол заливается не просто красной субстанцией, а пылающим ручьём, на поверхности которого ясно виднеются блики свеч. Он переливается от сладкого малинового, что заставляет подумать о лучших конфитюрах, до тёмно-бордового, гнетущего и затягивающего в пучину бесконечных мук. От этой картины взгляд никак не отвести. Есть некая изысканность в идеальных изгибах ладони, что лежит на столе, нескольких упавших прядей и вытекающей крови. Она обезображивает мой верный инструмент, портит его, но как такому противиться?.. Ровный разрез параллельный кости не будет чем-то опасным для жизни, но лишь заставит чувствовать нужду в шрамах. Ещё одном.
Чуть поднимая голову, я смотрю на стол перед собой невидяще. Ни стопка литературы не вызывает интерес, ни зелья, ни инструменты. А когда и вовсе от тоски приходится закрыть глаза, ощущение опустошенности заставляет задыхаться. Недовольство, только недовольство влекут за собой эти негативные эмоции. Я смотрю вновь на рану, и пучина багряной реки опять ограждает меня от реальности. Чуть поворачивая белую ручку, приходится подметить до неприличия большое количество шрамов. Если думать об этом больше, воспоминания вызовут беспокойство в душе. Так что я лишь укладываю ладонь обратно и порчу картину. Подушечки пальцев задевают небольшое количество крови и размазывают её.

- Эк, вы, дороженькая, поранились, - заботливый голос над самым ухом, слишком ненатуральный для моего нынешнего слуха. - Опять.

Крепкая хватка не даёт возможности куда-то дернуться без дополнительной силы, так что остаётся смотреть, как любезная дворфийка смачивает чистый носовой платок с моего стола в растворе и принимается очищать рану. А ведь в этом нет смысла, она стерильна.. Но я предпочитаю промолчать и подождать, слова могут воспринять как-то не так. 

- Ну-с, знаете ли, мы тут дворфы приличные, бить гостей не привыкли, - приговаривала нежданная гостья, старательно утирая кровь со всех пальцев. Мне лишь видно крепкий пучок волос, да алое ухо, словно от ярости получившее такой цвет. - Но вот как тебе, дороженькая, не стыдно за такое? Как за ребёночком ухаживать приходится, а так я и шлёпнуть могу.

Губы непроизвольно поджались, когда туман отстранённости стали пронизывать столь наглые слова. Нет, эта женщина была мне близка, но матерью я её назвать не могла. Повернув голову, я вдохнула воздух, приоткрывая губы. Вдохнула и промолчала, просто следя за действиями дворфийки. А та как можно скорее наложила заживляющую мазь на рану и принялась бинтовать мою руку. Плотно и надёжно, будто бы кандалы. Смотря за тем, как рана теряется за белыми бинтами, как она всё ещё пытается окрасить белоснежное окружение в алый, я невольно улыбнулась.

- А тебе-то смешно! Ох, что ж такое случилось, дороженькая, что ты так себя не бережешь? Давай лучше пойдём ко столу, расскажешь всё. 

Я не рассказала ничего в тот вечер, как и всегда. Можно было бы соврать, что меня бы не поняли, но всё куда проще. Беря в руки скальпель, я не могу забыть о спокойной жизни. О той тихой плавности, которой лишилась из-за далеко не идеального мира. Неверные решения, ложные шаги и неоправданные ожидания. Нет сил видеть перед собой инструмент, что всегда остаётся безупречным. Просто нет сил. Он всегда будет подобен моей жизни, он навсегда запомнит взлёты и падения. 

Как жаль, что я так и не могу перехватить свою руку, делая очередной разрез..

(...100 лет до открытия Темного портала)

1Xe4QLQ.png

     Звук шелеста новой ткани убаюкивал, выбивал из привычной колеи ежедневных событий. Вдохновляющая атмосфера луносветских улиц оттеснялась этим произведением искусства ручной работы, да и видела я их куда чаще, чем подол юбки. Поправляя шляпу, позволила себе поднять взор и увидеть балкон своего дома. Тут же ком застрял в горле, а душа налилась свинцом. Приветствовать любезно окружающих стало куда тяжелее, а поднимать ногу и вовсе немыслимо сложно. Вся легкость походки превратилась в осознание реальности: ничто не вечно, даже под нашим Солнцем.

Я могла бы стоять так ещё долго: двумя пальцами удерживая полог шляпы, вслушиваясь в мелодию звона украшений и шелеста складок, будучи лишь замершей статуей этого города. Но и без того непозволительное количество дней тянулся спуск в эту отчаянную пропасть, слишком уж нежеланным виделся конец. Решительно возобновляя ход, я приблизилась к транслокационному шару и коснулась ладонью гладкой поверхности. Непроизвольно задержав взор на перчатке, словно не ожидая увидеть покрывающую белоснежную ткань, пропустила то возвышенное чувство насыщения изящного заклинания телепортации - всё уже завершилось. Я прошла к двери, аккуратно отводя лишние мысли, и коснулась ручки. Заклинание, вложенное в механизм, сработало безотказно. Тот тихий звук створок ещё никогда не заставлял меня сжаться, а исходящий аромат ванили - почувствовать тошноту. И всё же, я не могла бежать ещё дольше, мои мысли не могли разрываться вновь и вновь. Ступив за порог..

..ничего не изменилось. Дом был пуст. Довольно нервным движением я сняла шляпу и оставила ту на комоде. Разве стоило надевать сейчас новый наряд? Для чего? Я ведь не знала точное время прибытия сюда, не сообщала его. И всё же, стало куда спокойнее. Опуская сумку на такой знакомый пуфик, пришлось невольно отметить, что в глубине души я каждый день скучала по родному дому. Сбегая от обязанностей, отдаваясь работе, я лишь ограждала тягу к уюту и месту, где тебе всегда рады. Даже если тебя там уже не любят.

Проходя вглубь, к кухонному залу, я невольно приметила опустевшие декорации: картины моего мужа были вывезены, как и некоторые виды растений и целые полки книг. Этого следовало ожидать, но всё равно реальность была слишком мрачной для такого утонченного сознания. Усмехнувшись на столь нелепую мысль, я проследовала дальше - в гостиную. И именно там был нужный сюрприз: стопка бумаг на белой скатерти, а также чернильница с пером синего крылобега. Я оставила перчатки рядом и прочла часть заглавной страницы, задержав дыхание.

Мы оба этого не хотели. Мы оба знали, что не могло быть иначе. Мы оба согласились, что так будет лучше. Но должно пройти время, чтобы это стало прошлым, а не туманящим разум "сегодня".

(...102 года до открытия Тёмного портала)3.gif


4nopbxsosuem7wf14n9pbqjy4n97bxsto8em7wcfrdekfwct4n6pbxqosdea6ego1xemzwfo4n4pddy.png

b3d1070a3e2577652312041387835f1a.png     Таэн'Лавоа, величественный род, что поколения тратил на изучение мира и подчинение его своей воле. Непоколебимые, но в то же время столь неспешные в поступках и деяниях, они всегда готовы были отдать последние крупицы во благо своей семьи. Каждый из родившихся мог бы стать серым кардиналом, влияющим на ход событий издалека. Но их медлительность и слишком уж резкие перемены в мире нарушили планы абсолютно всех.

     Раскол оставил за собой множество сгинувших, но подарил нечто удивительное знатному роду. Крупицу событий, воплощённую материально. Один из насытившихся магией осколков попал в руки эльфу Тиашалю Таэн'Лавоа, маня секретами, что наполняли эту маленькую часть катастрофы. Артефакт был запечатан при помощи всех имеющихся ресурсов. А то были времена поиска нового жилища в Восточных Королевствах.То и дело умирали вокруг родные и близкие, однако представители рода не останавливались: таинства превыше всего. Множество оставшихся ценностей ушло на обработку, на огранку и превращение имеющегося в небольшой жезл. К сожалению, тот был бесполезен в чаротворстве. В течение множества сотен лет эльфы пытались преобразовать излучаемую артефактом магию в нечто ощутимое. Но большие потоки были вне власти кель'дорай. Они только и делали, что черпали ладонями воздух. На несколько тысяч лет жезл был оставлен в покое в семейной сокровищнице.

     Однажды до чутких ушей представителей Таэн'Лавоа дошли вести о пробуждении неких дворфов. О их постепенно создаваемой культуре, о прошлом и возможном будущем. Тиашаль, будучи уже куда менее влиятельным, предложил завершить дело его жизни и обратиться за помощью в создании чего-то достойного к южной расе. Год за годом, десятилетие за столетием, его слова звучали всё чаще и чаще. Былые идеалы сгинули с новым краем для эльфов, но в сердцах старейших всё ещё теплилась надежда создать нечто особенное. Сразу несколько представителей рода со своими семьями собрались в поход, не забывая взять с собой дары и знания, что можно было обменять у дворфов на что-то диковинное. Путь пусть и был долог, потерями он не окончился. Абсолютно все смогли восхититься расцветом новых соседей в Восточных Королевствах, их диковинными обычаями и весьма характерным нравом.

     Дворфы согласились помочь. По мере своих сил, они искали подходящее древо, сплавы металлов или даже чары для контроля артефакта. Несколько сотен лет сотрудничества ушло на то, чтобы хотя бы заключить камень в более гармоничное навершие. Сразу несколько поколений работало над превращением бесполезного памятника былых событий в орудие магов. За это время род Таэн'Лавоа успел сблизиться, наладить торговое сообщение с южной расой и даже подружиться с отдельными кланами. Однако, ничто не было столь гладко. Когда работа близилась к концу, эльфы стали вмешиваться в структуру артефакта, создаваемую дворфами. Они плавно подправляли её под свои нужды, не чураясь открытых споров и конфликтов. Чем ближе было завершение, тем более яростными были перепалки.

     И, однажды, всё дошло до непоправимого. Обезумевший от паранойи Тиашаль попытался забрать незавершённых посох. Обвиняя каждого дворфа в двуличности, он не заметил, как магия переполнила разум и высвободилась разрушительным заклинанием. Кровью обагрилось навершие, внося свои малые правки в столь кропотливую работу. Ещё долгие годы после этого представители рода Таэн'Лавоа пытались загладить вину. Тиашаль был похоронен без почестей, а незаконченный артефакт отправлен обратно в Кель'Талас.

     Не сразу эльфы вернулись к работе над детищем. Всё больше представителей не желало пятнать честь столь оскорбительными событиями, постепенно ступая под крылья иных родов Луносвета. В конце концов, даже последняя семья сменила название. То был лишь перевод на всеобщий, как дань минувшим событиям и истории древнего рода. В скором времени, и посох был завершён.

"За тёмной гладью ты ступаешь по омуту, скрывающему трупы."


Камень в навершии посоха - заключенный небольшой сердечник в остаточный мрамор от эльфийской святыни. Древко для создания было привезено из земель Кель'Таласа. То небольшая ветвь белого древа, растущего на пересечении нескольких лей-линий. Филигрань из особого сплава стали соединяет обе части, а в навершии позволяет контролировать высвобождаемую камнем аркану. На самом металле можно заметить малые сияющие руны, что создают собой единое заклинание для "укрощения" артефакта.

Автор: соня katreeni Создано: 11 апр. 2019 г., 0:00:57 Обновлено: 21 янв. 2020 г., 21:58:30 Уникальных просмотров: 285

Комментарии пользователей

  1.   Алунет Python 8 мая 2019 г., 12:23:29  

    Тестовый комментарий

  2.   Алунет Python 10 июн. 2019 г., 1:45:40  

    Офигенный персонаж!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Хуманы лучше.

  3.   Душка alj512 7 июл. 2019 г., 18:19:28  

    Не погибай, прошу тебя.

ВОЙДИТЕ НА САЙТ, чтобы оставлять комментарии.